31.10.2019: АНКАРА ПРЕТЕНДУЕТ НА ЛИДЕРСТВО?
   
   
   
   
   В Москве состоялась международная конференция «Центральная Азия и Россия». Примечательна она тем, что в работе форума участвовали эксперты не только из стран региона наряду с российскими, но также из Китая и Ирана. Зато предусмотрительно отсутствовали эксперты из Турции. А напрасно: подавляющее большинство российских и центральноазиатских аналитиков едва ли не «воспевали» политику Турции в регионе. И стимулируемые там Анкарой интеграционные процессы в рамках созданного ею в 2009-м совместно с Казахстаном Тюркского Совета (Турция и четыре республики бывшего СССР, а ныне – страны. – А.Ч.).
    Пожалуй, наиболее предметными были выступления на форуме иранских аналитиков – Вали Каледжи (иранский Совет евразийских исследований) и Алиреза Багдели (Институт политических исследований иранского МИДа). Они подчеркнули, что Иран развивает взаимодействие со странами региона и с РФ по экономическим причинам еще для того, чтобы предотвратить вовлечение центральноазиатских стран в антииранский курс США. Поскольку, по их мнению, усиливается и без того весомое влияние США в регионе, американцы вполне могут вынудить эти страны к косвенному, а то и к прямому участию в антииранской политике Вашингтона, что связано и с психологическим воздействием антииранского курса США на страны Центральной Азии.
    Эти оценки остались без «предметных» комментариев других участников форума. Но в частных беседах на форуме представители Ирана отмечали, что, по их мнению, Турция проводит линию на «протурецкую» интеграцию в регионе с согласия США, которые пока не хотят «светиться» в качестве «первой скрипки» в сплочении центральноазиатских стран для сдерживания влияния там Китая и потенциально сильного влияния там же России и Ирана.
    Кстати, уже не первый год без практического продвижения находится проект нефте- и газопроводов из Ирана через Центральную Азию в КНР, разработанный еще в середине 90-х. А Казахстан с Азербайджаном, напомним, отказались в тот же период от транзита их нефти на экспорт через порты «антиамериканского» Ирана. Как известно, они предпочли этот транзит (с конца 90-х), под воздействием США и Турции, по трубопроводам через Турцию и турецкие порты. Тем более что турецкий и особенно западный энергетический бизнес еще в первой половины 90-х заняли решающие позиции в каспийских нефтегазовых консорциумах Казахстана и Азербайджана.
    Что же касается тональности форума, почти все другие его участники многословно призывали к расширению партнерства стран региона не столько РФ, сколько с Турцией и Китаем.
    Так, В. Надеин-Раевский, директор Института исследований Черноморско-Каспийского региона при ИМЭМО утверждал, что якобы такое партнерство направлено против планов США доминировать в регионе, что Турция отказалась от приоритета шовинистического пантюркизма, а Анкара и Тюркский Совет вовсе не заинтересованы «вытеснить» Россию, КНР или Иран из Центральной Азии и т.п., а базовый стимул регионального партнерства РФ и Турции – его наличие, дескать, в Сирии. Большинство российских представителей, выступавших по российско-турецкой тематике, высказали схожие мнения. Но иранские и китайские эксперты предпочли не комментировать такие оценки...
    Однако нынешняя ситуация на севере Сирии, где Турция снова пытается овладеть этим регионом вкупе с его нефтегазоресурсами и транзитными нефте- и газопроводами, привносит, мягко говоря, немало вопросов в российско-турецкое партнерство в Сирии. И в целом уточнение вопросов: какова реальная стратегия Анкары, да и США в Сирии? Изменилась ли эта стратегия с 1930–50-х, когда обладание Северной Сирией, поддержанное США, было главной целью сирийской политики Турции? И потом: как влияет зависимость РФ от нового экспортного газопровода «Турецкий поток» на прагматичную линию Москвы в отношении турецкой экспансии, в том числе на юге бывшего СССР? К сожалению, В. Надеин-Раевский и «примкнувшие» к нему эксперты не разъясняли этих аспектов.
    Что же касается упомянутого выше Тюркского Совета (ТС), инициированного 10 лет тому назад Турцией с Казахстаном, в его рамках ныне разрабатываются до 40 интеграционных программ, нацеленных на более тесное партнерство Турции не с РФ, Ираном или КНР, а со странами Центральной Азии, Азербайджаном и Венгрией. Участвуют в этом совете, наряду с Турцией и Казахстаном, Киргизия, Азербайджан и Узбекистан. Не позже 2021 г. вступит и Венгрия (пока страна-наблюдатель в Тюркском Совете. – А.Ч.), член НАТО, как и Турция. Но не только: характерно заявление главы Турции Р. Эрдогана 15 октября с.г. в Баку: «...Следующий Саммит Совета состоится в Турции (в 2020 году. – А.Ч.). Мы будем рады видеть на нем Туркменистан и все шесть государств одного народа (т.е. тюркского. – А.Ч.) в полном составе».
    Словом, состоявшийся форум не дал предметных ответов на злободневные вопросы о трендах в российско-центрально­азиатских отношениях и о растущем влиянии извне на эти тренды. А мог бы, если оценки российских экспертов-участников были бы объективными, а не отражением рекомендуемой им «сверху» политконъюнктуры...
   

А. ЧИЧКИН


   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION