16.11.2017: ОЧЕНЬ СВОЕВРЕМЕННАЯ КНИГА!
   
   
    1 ноября в Доме русского зарубежья имени А.И. Солженицына прошла презентация книги-альбома Виталия Шитова «Дом Ипатьева. Летописная хроника в документах и фотографиях 1877–1977 годов». Работа екатеринбургского историка-краеведа приурочена к 400-летию Дома Романовых и 100-летию революции, поскольку знаменитый особняк стал местом казни большевиками последнего русского Государя – Царя страстотерпца Николая II, его Семьи и окружения, таким образом, для одних превратившись в величайший памятник революции, а для других – в место скорби и святыню. Безусловно, цареубийство, совершенное в июле 1918 года, стало ключевым событием биографии «Дома особого назначения», как его именовали советские служащие в период Гражданской войны в России, поэтому существование особняка имело большое культурологическое и духовное значение для нескольких поколений. В книге впервые воссоздана полная история легендарного дома Ипатьева, помимо прочего, по указанию издателя, имевшего особую связь с историей Ипатьевского монастыря в Костроме. Более 1000 архивных фотоснимков, документов и рукописей из государственных и частных собраний на 720 страницах составляют основу издания. Книга подготовлена к печати в челябинском издательстве «Авто Граф». На презентации присутствовали журналисты, историки, юристы, краеведы.
   Представил книгу гостям Дома русского зарубежья историк, литературовед, инициатор и главный редактор издания Алексей Леонидович Казаков. Рассказ сопровождался демонстрацией слайдов страниц книги. От мирной истории особняка, его особенностей и смены владельцев повествование подходит к роковым датам русского лихолетья, где в приоритете все, что связано с царским заточением и следом, оставленным пребыванием Царской Семьи в доме Ипатьева. После расстрела особняк, и особенно подвал, где совершалось убийство царственных страстотерпцев, привлекал внимание не только составлявших протоколы и заполнявших архивы партийцев, но и представителей новой, советской интеллигенции. Это знаковое для укреплявшейся на Красном терроре власти событие, подаваемое советской пропагандой как народная месть, придало дому особый статус, превратило его в уральский филиал Музея Октябрьской революции и в объект наглядной агитации. Фотографии и записи начала ХХ века фиксируют последовавшие визиты видных большевиков, участников секретного совещания, союза безбожников, членов расстрельной команды и тех, кому было поручено сокрытие останков, а также рьяных сторонников режима из числа писателей и поэтов, вроде В. Маяковского. Также Алексей Казаков упомянул пересечение судеб Царской Семьи и Сергея Есенина, отношения которого с советской властью были не такими однозначными, и процитировал его посвящение императрице периода пребывания в Царском Селе. В более позднее время существования СССР к месту последнего пребывания и убийства российского венценосца потянутся исследователи, ученые и деятели искусства, такие как знаменитый музыкант М.Л. Ростропович. Одни будут искать и вести учет материальных ценностей и уникальных предметов, вроде таинственно исчезнувшего позже бриллианта в 100 карат, другие начнут осознавать историческое и духовное значение этого места вне навязанного идеологического контекста. Постепенно потянутся простые люди, ведомые возрожденной или сохраненной верой, и возле особняка станут появляться цветы и свечи: жажда покаяния за грех отступников 1917 года и стремление к почитанию царя Николая здесь начнут проявляться в народе задолго до официальной канонизации последнего императора Русской Православной Церковью. Все это не укроется от внимания руководства страны, и перспектива превращения Ипатьевского дома в православную святыню и вместе с тем – в центр притяжения сторонников выкорчеванной, казалось бы, дореволюционной России всерьез начнет беспокоить влиятельных партийных функционеров. Документы из партийных и других архивов пошагово отражают решение о сносе дома и приготовление к нему. Бумаги были подписаны накануне празднования 60-летия советской власти, хотя к тому моменту здание уже получило статус исторического памятника краевого значения. Основной инициатор – Андропов, генеральный секретарь ЦК КПСС, поставил подпись, однако секретарь Свердловского обкома КПСС Яков Рябов держал это дело «под стеклом», откладывая окончательную директиву. Демонтаж и окончательный снос состоятся, когда первым секретарем обкома будет Борис Ельцин. Виталий Шитов успел отразить в собранных фотографиях историю недолгого противостояния противников уничтожения дома, объединившихся вокруг Всесоюзного общества охраны памятников истории и культуры, и тех, кто исполнял распоряжение Политбюро.
    Конечно же, помимо действующих лиц Царской Голгофы и разного рода известных людей, связанных с судьбой особняка, в альбоме представлены фотографии самого дома с разных ракурсов, в первую очередь – с Вознесенского проспекта, ставшего потом улицей Карла Либкнехта, которые успел сделать Виталий Шитов. После сноса на месте особняка на долгие годы останется только котлован, где позже состоится первый церковный сход, а затем и закладка Храма на Крови. Поздняя фотохроника рассказывает о крестных ходах от места казни к Ганиной яме. Также отражены и манипуляции вокруг «дела о царских останках» и захоронения тех останков, которые в последние годы преподносят общественности как принадлежащие Царственным страстотерпцам.
   Более подробно о следствии вокруг убийства Царской Семьи и таинственных расхождениях с официальной версией говорила автор предисловия к книге – доктор исторических наук Л.А. Лыкова. Следует отметить, что ученая является сторонницей подлинности останков, найденных в Поросенковом логу, и именно этой, спорной для подавляющего большинства верующих и знакомых с результатами работы следователя по особо важным делам Омского окружного суда Н.А. Соколова версии она придерживалась в собственных трактовках. Вместе с тем Людмила Анатольевна высказала поддержанную многими современными исследователями и публицистами мысль, что в трагический юбилей революции ключевые события освещаются довольно плохо, а позиция нынешней государственной власти при этом не отражена. Периодически звучат отговорки о нежелании вести к эскалации раздора в обществе, но в действительности глубинный раскол, положенный в 1917 году, так и не был преодолен.
   По ее словам, представленная книга повествует не столько об истории дома инженера Николая Ипатьева, сколько о трагедии Императорской Семьи и ее верных слуг, оставшихся с ней до конца. Ее ценность в том, что это не только летопись фотохроники, но и массив документов, иллюстрирующих юридические аспекты и свидетельства заточения и кончины Царственных страстотерпцев. Это огромный пласт распоряжений, расписок, докладов и писем из государственных и партийных архивов СССР, а также данные следственного дела. В то же время очевидна повышенная секретность при исполнении приговора и попытки фальсификации при оправдании спешного расстрела приближением белой колчаковской армии к Екатеринбургу, как сказано в известной телеграмме. Например, есть конверт с подписями В.И. Ленина и Я.М. Свердлова, но без самого письма, датируемый 17 июля 1918 года. Однако при этом известно, что в 60-е годы все автографы вождя революции, как и прочие связанные с ним вещи, массово перевозились из разных хранилищ в Центральный государственный архив Октябрьской революции, и случайная утрата важного распоряжения маловероятна. Внимательное изучение переписки, подробного жизнеописания Ленина за те дни и других источников, по убеждению Л.А. Лыковой, указывает на то, что инициатива в любом случае исходила от самого Ленина.
   Таким образом, книга-альбом «Дом Ипатьева. Летописная хроника в документах и фотографиях 1877–1977 гг.» в качестве полезного архива будет интересна всем неравнодушным к последним дням Царской семьи и трагическим страницам русского лихолетья вообще.
   
   

Филипп ЛЕБЕДЬ


   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION