20.10.2017: ОТЧЕГО СКУКОЖИВАЮТСЯ ДУШИ?
   
   
    Уважаемый Олег Анатольевич!
   
   Ваша просьба ко мне прислать в газету материал о попытках размещения Солженицынского центра в Рязани, вызвала у многих рязанцев очередной вздох облегчения. Почему «очередной»? Потому, что в декабре 2015 года общественность нашего города сумела защитить от притязаний Солженицынского центра музей молодёжного движения, в котором собрано более 25 000 единиц хранения.
   Но теперь новая незадача: рязанские власти, не учитывая мнения горожан, передали в федеральную собственность историческое здание для размещения в нём Солженицынского центра.
   Но почему «положен глаз» именно на дом, в котором с 1858 года вице-губернатор Салтыков-Щедрин снимал у гвардии ротмистра Маслова квартиру? Этот памятник архитектуры и истории, построенный в 1804 году, постановлением СМ РСФСР № 1327 от 30.08.1960 года был внесён в Список объектов культурного наследия федерального значения. В Своде памятников и монументального искусства России, изданного по решению РАН и Министерства культуры РФ (М.: ИНДРИК, 2012 г.) на с. 415 отмечено, что «здание в стиле зрелого классицизма, выделяющееся неоготическими реминисценциями, принадлежит к лучшим памятникам рязанской архитектуры начала Х1Хв. Памятник, связанный с именем выдающегося писателя-сатирика Салтыкова-Щедрина, обладает важным мемориальным значением».
   В конце 70-х годов общественность Рязани выступила с предложением открыть в этом здании Центр литературы и искусства Рязанской области, о чём вскоре и было поведано на скромной мраморной плите, укреплённой на фасаде дома-красавца. Начался сбор архивных материалов. В собранную Тамарой Николаевной Цукановой коллекцию вошли сотни (!) уникальных рукописей, книг, театральных костюмов, которые были подарены родственниками Пироговых, В.И. Мордвинова, П.А. Оленина-Волгаря, Ю.Н. Холопова. Однако в 90-х годах в части здания неожиданно были открыты залы французской и немецкой литературы.
   Конечно же прав тот читатель, который понял, что порог старинного особняка тут же начал стираться подошвами заморских гостей. Ну разве возможно было перед представителями «Дома русского зарубежья», «ИМКО-ПРЕСС» и самим Никитой Струве не блеснуть щедростью рязанского гостеприимства! Да и западные гости в ответ не скупились на подарки!
   Только мало кто из рязанцев заметил исчезновение со стены особняка плиты с текстом о будущем Центре рязанской литературы и искусства. Сняли тихо, тщательно затерев на стене следы её пребывания. Тут уместно вспомнить о «безобидных проделках» страстных проводников соросовской бесовщины. В 90-х годах доброхоты Института «Открытое общество» наводнили вузы, школы и управленческие кабинеты Рязанской области. Итоги их деятельности оказались слишком печальными. От нашей некогда очень стройной, выверенной системы образования остались лишь жалкие лохмотья. Да ещё и горестные воспоминания о «щедрости доброго дядюшки Сороса, раздававшего гранты». Многие вожделенно стремились получить 250–500 долларов. Получали!.. Кое-кто до сих пор слизывает с чужой руки долларовые крохи. Что тут скажешь?! Честь забыта, любовь к родным корням предана – измена всему, в чём веками живёт то, что зовётся русской культурой, наполнявшей души радостью.
   В феврале 1993 года владыка Иоанн Ладожский (Снычёв) на конференции, посвящённой Русской школе, очень популярно объяснил невозможность иного ухода из-под сатанинской власти доллара, кроме стремления удержать себя от соблазна! К слову, в стенах того зала, в котором проходила конференция, владыка благословил меня на борьбу с сектантством и всякими ересями, пытающимися одолеть исконную православную культуру. Одолеть её великую школу нравственности.
   Поэтому считаю своим долгом остановить очередную «культурную ересь» по созданию Солженицынского Центра за счёт «выселения» из пределов памяти имён поистине великих наших земляков.
   Александр Исаевич не принадлежит рязанской литературе. Он советский крученый-верченый литературный творец собственного имени! Подлинный Солженицын, без политического грима и маскарадных одежд, предстаёт в своих многочисленных письмах, советах и репликах. Что стоит его настойчивое отрицание международного заговора по развалу России! В своей книге «По минуте в день» в главе «Границы» писатель-политик прямо заявляет: «Я всюду спорил, я везде отрицал, я говорил: “Нет заговора, нет умысла”».
   И по-своему он прав, поскольку человек, привыкший жить изворотливо и расчётливо, сильных врагов старается не замечать.
   Поэтому призыв Солженицына: «К демократии! Идём к демократии! – Так надо же серьёзно двинуться к ней!» – это и есть основная солженицынская несерьёзная серьёзность, надолго замутившая души доверчивым миллионам как в нашей стране, так и за рубежом.
   
   Солженицын – личность действительно выдающаяся. Графологический анализ его почерка и его подписи рассказывает о природных дарованиях этого человека. Он обладал образцовым трудолюбием и безукоризненной самодисциплиной. Итог – значительный по объёму корпус его литературных сочинений. Безусловно, музей Солженицына должен быть открыт. Но только не за счёт уничижения иных, не менее славных имён, которые дороги и любимы не только рязанцами, но и всем просвещённым миром русской культуры. Разве имя венценосного поэта Якова Полонского не заслужило своего зала в Доме славы Рязанской культуры? А первая российская поэтесса Анна Бунина, которая была принята императорским двором? Или талантливые сёстры Хвощинские? А братья Пироговы с многочисленным сонмом величайших музыкантов, о которых в четырёхтомной музыкальной энциклопедии подробно рассказывается на десятках страниц! Среди них: композиторы духовной музыки протоиерей Дмитрий Кротков и его сын Сергей, протоиерей Михаил Виноградов, величайший хормейстер ХХ столетия К. Птица! Известные музыкальному миру учёные, теоретики музыки брат и сестра Холоповы! Причём, Юрий Холопов помимо самых престижных отечественных и международных наград в 1997 году был признан «Человеком года планеты»!!! Неужели талантливые рязанские композиторы А. Александров, Е. Попов, А. Аверкин, хоровики и инструменталисты, десятки талантливых деятелей культуры должны быть накрыты тенью нобелианта? Что, разве нашему ансамблю «Парафраз» уже не быть в зале славы рязанской культуры, или тому же виртуозу балалаечнику Е. Буданову?!
   О, Боже! Что мы знаем о своих великих земляках?! Получается так, что всего лишь постыдную малость. Потому и кланяемся залетевшей птице.
   Кто мешает открыть музей Александра Исаевича в доме № 17, стоящем до сих пор на улице Урицкого (бывший Касимовский переулок) рядом с областным драматическим театром? В этом доме он жил с Наталией Алексеевной Решетовской.
   К слову, кто бы узнал Саню Солженицына без её любви, моральной поддержки и прямого женского самопожертвования? В день похорон Наталии Алексеевны многие из нас надеялись, что Боголюбивый проповедник нравственности найдёт в себе силы и приедет проститься с женщиной, которая была им обкрадена. Увы. Мужества хватило у «закалённого зэка» лишь на букет, принесённый на другой день и то чужим человеком. Говорю об этом с болью, поскольку храню фотографию Наталии Алексеевны с благодарственной надписью, подаренную мне в неделю её восьмидесятилетия. Умная, талантливая женщина всё видела, чувствовала и понимала. Решетовская была особой женой, сердце которой умело любить, прощая измены.
   Когда несколько лет назад из уст московского академика я услышал предупредительную просьбу: «Ни слова, ни одного развёрнутого предложения с критикой Александра Исаевича, поскольку Вы, Саша, уже в списке нехороших людей России». Невольно возникло встречное – а интересно, Бог простит мне слабодушие и измену Наталии Алексеевне, которая восхитила меня, юношу, своим умом, строгостью и талантом?! Как можно делать вид, что будто не слышишь от умных, честных, высокообразованных специалистов критических замечаний в адрес Солженицына. Его более чем «странные» поступки, взвихрённые публичные выпады в адрес М. Шолохова, В. Шаламова и других подвижников отечественной литературы, неиссякаемый поток речевых изысков – разве всё это не заслуживает честного открытого обсуждения? Почему многие, словно оглашенные, продолжают твердить: «Гений! Гений! Ах! Гений!».
   Да, гений! Но гений социально опасный! Поскольку в отечественной литературе он остаётся примером изощрённой искусственности. Так рядиться в одежды псевдорусскости способны не многие. Потому до сих пор любим, особенно на Западе.
   На фоне Солженицына образцом подлинности является творчество Варлаама Тихоновича Шаламова! Подлинности очень тяжёлой. Доведённой до оглушающего крика душераздирающей боли! Но в каждом своём слове мужественный страстотерпец честен! Чего не скажешь о Солженицыне, у которого в каждом буквенном знаке «пищит» неправда. Почти с каждого фотографического снимка великого писателя смотрят испуг и нерешительность. А его многочисленные письма!..
   В 1973 году простой крестьянин из деревни Давыдово дал смертельно точную характеристику Солженицыну. Матвей Михайлович Заигров, так звали того удивительно спокойного и мудрого человека, напротив дома которого в течение нескольких лет чета Солженицыных снимала дачу, однажды сказал: «У-у! Аляксан Саич Салжаницын! Во голова-а! Лаурьят! Что о ты! Тольки тилагреешник он. Понимаишь ты? Родилси он и помрёть им! Серца у нё скукожаная была. Об сабе тольки яго серца и болела! Яму чужая бяда, что мерину упряжь! Понимаишь, ты Аляксан Никалаич? Таким-то людям, как он, сподлинячить, что мошку смахнуть! Но у нё ня жизнь, а сплошная маята по чужим дворам и порогам… Много такого люду народилося…»
   Действительно, слишком много тех, у кого голос чести не слышен. Знаю, что живут они с неуютом в душах. Большие и малые грехи иссушают свободолюбивые светлые души, скукоживают их. Если назвать каждого из тех, кто раньше сторонился Солженицына, поскольку природа совести уберегала от порока бесчестия, а потом, вдруг вспыхнул любовью «взасос», хотя и не прочёл ни «Красного колеса», ни «Гулага», ни «Ракового корпуса», то не хватит жизни для пересчёта! Легион – имя тем, кто искренне кричит «Асанна!». А для меня – думаю, что и для многих, кто гребует ложью – Солженицын в современной литературе – это предтеча обрушения могущества русского языка с его живительной силой смыслов в каждом слове.
   Попробуйте объяснить смысл слова «предатель».
   Не спешите ухмыляться. Знать-то знаем, но не разумеем. А от простой женщины из мещёрской деревни однажды услышал следующее: «Прядатяльства… эта чё? Эта когда, ты Сашок из своей души Бога погонишь. Когда яво кому другому вроде бы как пирядашь… Вот чё это прядатяльства… А когда какой мужик свою жёнку обманывая, с какой другой бабёнкой поигрывая – это Изме е е на…. Или како слово ни сдяржал, аль чё против зямли своей плохое сделал – это всё измена! Ничё страшней прядатяльства Бога у людей ни бывая».
   Народ живёт до тех пор, пока в нём живы корни подлинности, чистоты и ясности словесных смыслов. Светлый природный ум и любящее сердце многие годы удерживают в человеке совесть нерушимой защитницей нравственного величия души! Люди с таким умом и сердцем мгновенно оценивают обстановку. Им не нужно «юлить» и приспосабливаться к обстоятельствам. Это высший пилотаж проживания на грешной земле.
   В настоящем материале обозначена лишь малая толика причин, по которым непозволительно отдавать здание человеку, который всю свою жизнь бодался с самим собой. Кто всю жизнь страдал от всеобщей неприязни. Он знал, что многие честнее и добрее его. Многие видят его насквозь. Потому и прятался, сторонился, избегая открытого общения, непрестанно сочиняя «легенды» о своём преследовании. Понимал, что ему не говорят правды лишь потому, что «правда, сказанная не вовремя, превращается в опасную глупость»! Поэтому он спешил, спешил прокричать. Прокричать раньше всех и громче всех. Александр Исаевич наверняка знал, что сизифов труд – это тот труд, что исполнен без благодати. Лучше многих понимал, что умереть можно и от перенасыщения славой! Всё понимал, но победить себя не мог, поскольку слишком рано был запряжён в хомут грехов.
   Чтобы имя гения, который, по выражению Варлаама Тихоновича Шаламова, «выбегал свою нобелевскую премию», не смогло затуманить беспамятством славную историю рязанской культуры, следует очень взвешенно, с чувством такта и без высокомерного пренебрежения к общественному мнению решить вопрос о выделении помещения, в котором была бы размещена экспозиция, содержащая объективную, без лакировки и восторженных «перехлёстов», информацию о человеке, в котором отражена эпоха хрущёвского политического балагана.
   
   P.S. Во время работы над статьёй, как Вы и просили меня, уважаемый Олег Анатольевич, я переговорил со многими известными людьми нашего города. Мнение однозначное – Центр Солженицына должен располагаться только лишь в здании, с которым была связана его жизнь. Но только не в бывшем особняке великого сатирика! Член Союза писателей Александр Потапов, Владимир Крылов (основатель и хранитель музея памяти Н. Решетовской) выразили своё согласие поставить подпись под этим материалом. Кроме того, мне известно мнение сотен горожан, возмущённых решением властей, идущих на поводу у Н.Д. Солженицыной. К слову, сама Наталия Дмитриевна, по-видимому, забыла о своём заявлении (начало 2016 года), в котором призналась в своём желании «не идти против воли горожан, не выбирать здания под Центр». Но дело сделано. Памятник общей площадью 1361 кв. м передан под юрисдикцию федеральных властей. А с этим убита очередная надежда на торжество демократии, к которой так громко призывал Солженицын.
   
   

А.Н. БАБИЙ,
   художник-педагог, член Президиума
   рязанского отделения ВООПИК


   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION