29.09.2017: ОСОБЕННОСТИ ПАТРИОТИЧЕСКОЙ ПЕЧАТИ ГЛАЗАМИ ИЗДАТЕЛЕЙ

   
    Только завершилась Московская международная книжная выставка-ярмарка (ММКВЯ), а в редакции Института русской цивилизации уже прошли обыски. Кому-то стабильно не нравится тематика издательства, в результате чего за проблематику содержания, цензуру и другие аспекты книгопечатания решительно берутся правоохранительные органы. Это уже не первый обыск в Институте русской цивилизации и, естественно, не первый случай, когда выпуск литературы, посвящённой сложным политическим или историческим вопросам, становится поводом для подобных эксцессов. Часто те издательства, которые обращаются к тяжёлому наследию недавнего прошлого или актуальным социальным конфликтам, подразумевающим разный идеологический и мировоззренческий подход, сталкиваются с враждебным отношением части общества или оказываются под пристальным вниманием силовых структур. Тем не менее на современном книжном рынке России давно существует патриотический сегмент, который прочно занял своё место и имеет свою целевую аудиторию. Он отличается неоднородностью и далеко не всем по душе, а такие знаковые мероприятия, как ММКВЯ, показывают, что он востребован, но в некоторой степени только актуализируется.
   Всё больше людей хотят знать о закулисных сторонах процессов столетней давности, о предшествующих и последующих событиях, всё больше читателей обращаются к забытому наследию дореволюционных исследователей, государственных деятелей и публицистов, открывая для себя редуцированный в советские годы мир классической русской культуры и консервативной мысли. Кто-то стремится переосмыслить то, что происходило на исходе ХХ века с помощью мемуаров или сенсационных разоблачений. Новые поколения только знакомятся с разными взглядами на недавнее прошлое. Каждый находит нужные ему книги, а иногда получается, что книги спонтанно находят своего читателя, а за этим стоят те, кто всё это печатает.
   О специфике ремесла и его подводных камнях «Русский Вестник» («РВ»)поговорил с главами нескольких издательств, чьи книги стабильно формируют значительную часть патриотического сегмента, начиная с признанных титанов и ветеранов книгопечатания и заканчивая новичками с неоспоримым потенциалом и уже сложившейся аудиторией. У всех своя история, свой индивидуальный опыт и особенный подход к делу, в чём-то они пересекаются, а в чём-то уникальны и даже расходятся, но всех объединяет интерес к судьбе России. К каждому «РВ» обращался с единым перечнем вопросов, таким образом составив общую картину многогранного патриотического поля книгопечатания.
   
   Издательство «Алгоритм» широко известно разносторонними книгами по политологии, мировой истории и искусству. У него давно своя ниша и свой характер, который нравится далеко не всем, особенно если речь идёт о разоблачениях и исследованиях в области новейшей отечественной истории. Директор «Алгоритма» Сергей Васильевич Николаев рассказал о концепции издательства и его пути.
   – Сергей Васильевич, сколько времени Вы занимаетесь книгопечатным делом?
   – В книжном бизнесе я приблизительно с 1992–93-го года – получается 25 лет. Вот издательство «Алгоритм» в разных вариантах примерно столько и существует.
   – Сколько раз принимали участие в выставках?
   – С момента основания были другие выставки, но два раз в год мы обязательно участвуем. Раньше было немного по-другому: вопрос продаж книг, представления авторов, а сегодня – представление издательства в целом.
   – Какие идеи Вы считаете главными в миссии патриотического издательства?
   – Сейчас все издательства считаются патриотическими – об этом даже как-то неловко говорить. Но когда мы начинали 25 лет назад патриотическим издательством, это было большой редкостью, и наши авторы, которые сегодня являются общепризнанными, тогда считались какими-то «коричневыми» или «красно-коричневыми» и точно были не в мейнстриме. А сегодня – все патриотические.
   Мы не можем отдельно рассматривать коммерцию и направление мыслей наших авторов, потому что изначально мы создавались как коммерческое издательство. Издательство исходит из круга понятных ему и интересных авторов, которых оно издаст и будет продавать. Наш круг вполне определённый, и кому-то мы никогда не предложим издаваться у себя, а кто-то и сам не придёт. Некоторые приходили, смотрели на наши книжки и уходили, плюнув трижды через плечо. Это не «левые» или «правые» – это круг симпатий, построенный на общем понимании того, что мы все делаем одно общее дело и представляем русскую мысль. Вот какая она – русская мысль: «левая», «правая», «красная», «белая»? Когда мы понимаем, что это мысль о России, близкая достаточно большому кругу людей и востребованная, мы берёмся за неё.
   Когда мы начинали, что было актуально? Был разрушен Советский Союз, к власти пришли олигархи, и мы понимали, что народ нищий и потерянный и нужны книги, которые будут показывать, что олигархи пришли, но временно, что народ всё равно жив, что он думает, размышляет, и в итоге всё переменится и мы всё равно победим. Потом ситуация менялась: где-то уходили олигархи, где-то приходили какие-то государственные деятели. Все понимали, что что-то изменилось, но всё равно как-то не так. Сегодня, как ни парадоксально, на первый план выходят какие-то более левые соображения. Начинают рассуждать о том, что главное не то, что эти олигархи были не совсем русскими, а то, что они о России не думают. Потом мы смотрим: а нехороших олигархов-то побороли, кто-то уехал, кто-то умер – а проблема социальной несправедливости не решена, она только усугубилась! Это очень сложный вопрос, но мы говорим, что всегда надо быть на стороне большинства людей.
   Ну а если ты будешь на стороне большинства, то здесь и большинство аудитории, и ты в тренде и на стороне русской идеи. Для меня лично так. Хочется верить, что «Алгоритм» отражал эти чаяния большинства.
   – Сталкивались ли Вы с непониманием общества или препятствиями в своей деятельности?
   – В разное время были очень разные проблемы. Скажем, когда мы только начинали свою деятельность и делали очень острые книги против олигархов, у нас были проблемы с олигархами. Например, нас никогда не пускали на выставки в Красноярск, на «Нон-фикшн». Ну понятно, что это Прохоров, но есть проблемы и с другими. Потом это отступило в сторону, и начались разборки по национальному признаку. Поступают сотни жалоб на книги по национальным конфликтам, которые решались в Следственном комитете. И обыски, и судебные дела были, что повлекло финансовые проблемы. Могу вспомнить 13 обысков по нескольким делам, часть из которых дома, а часть – в офисе. Это только 3–4 дела, которые дошли до судов, а вообще имелось несколько сотен заявлений на меня и мои изданные мной книжки. Но, видимо, невозможно всему дать ход.
    – А как насчёт цензуры?
   – Есть проблемы и с околокнижной общественностью. В центральных магазинах и больших конторах на наши книги существует цензура. То есть их берут на проверку, только после которой их принимают. Например, «Библио-Глобус» вернул нам наши книги и заявил: «Больше с вами мы работать не будем! Ваши книжки вызывают у нас неприятие». Но я думаю, что они вызывают неприятие не только у руководства «Библио-Глобуса», просто это первый магазин, который после всей цензуры открыто сказал: а теперь мы вообще не будем продавать ваши книги.
   – Замечаете ли Вы какие-то изменения целевой аудитории?
   – Когда мы начинали, мне казалось, что целевая аудитория – это люди с высшим образованием, которые оказались невостребованными в новой реальности. Их много, они привыкли разбираться в проблемах, они пытались понимать, что происходит вокруг, поэтому они читали наши книги. Конечно, за 25 лет аудитория изменилась, выросло новое поколение. Те люди стали старше, их стало меньше, но появилась молодёжь, которая читает наши книжки из-за того же желания разобраться в том, что происходит. Молодёжь всегда считает, что вокруг что-то не так, но не все стремятся разобраться с помощью чтения. Те, кто пытается углубиться в тему и уйти дальше, чем остальные, покупают у нас книги. Это хорошо.
   
   Издательство «Вече» не нуждается в представлении – его многотомные серии охватывают огромные пласты отечественной истории и рассматривают их с разных ракурсов. В то же время оно выпускает и художественную, и развлекательную, и прикладную литературу, выходя далеко за пределы патриотического спектра, однако стабильно занимает в нём значимое место. Главный редактор издательства «Вече», заслуженный работник культуры РФ Сергей Николаевич Дмитриев поделился своим богатым опытом.
   – Сергей Николаевич, сколько времени Вы занимаетесь книгопечатным делом?
   – Я лично занимаюсь 36 лет – с 1981 года, когда пришёл работать в «Молодую гвардию». Это было самое патриотическое издательство тех лет, и я проработал там 13 лет, после чего создал своё издательство, а потом ушёл в «Вече». Существует «Вече» уже 26 лет, и опыт уже огромный, причём это и опыт советского книгоиздания, который был совсем другой, и опыт российский.
   – Какие идеи Вы считаете главными в миссии патриотического издательства?
   – Никто не будет спорить, что «Вече» – самое главное историческое издательство в России. За 26 лет мы издали 15 тысяч наименований тиражом примерно 120 миллионов экземпляров. С самого начала мы оправдывали своё название, которое связано с Новгородом, с русской историей, с особыми традициями, поставив перед собой задачу издавать историческую литературу. Наши первые серии были: «Военный роман», «История России», «Военные тайны». Наш конёк – это большие серии, и за всё время было издано примерно 500 серий, в некоторых из которых выходило более 300 томов.
   Во-первых, мы издаём классическую историческую прозу, к которой я отношу уже и В. Пикуля, и Дмитрия Балашова, и Николая Задорнова. Второй блок у нас – история России, которая распадается на много-много серий. В серии «Неведомая Русь» у нас древнерусская история, серия «Россия – моя история» делается совместно с парком на ВДНХ и охватывает всю историю страны, дальше у нас «Историческая библиотека», «Военные тайны ХХ века», «Вся правда о войне». Всё это – чисто патриотические серии, которые воспевают нашу историю.
   Современные мы меньше издаём, но вот интересная серия «Мифы и правда истории» – это Катынь, М.С. Горбачёв, книги о Сталине, или вот в 2014 годы мы издали бывшего премьера Украины Н. Азарова и «Битву за Крым» А. Широкорада. Также хотел отметить огромный проект с Министерством обороны. Мы издали 70 томов в серии, которая так и называется «Библиотека патриотической литературы». Этот список формировали не мы. Сами военные библиотеки присылали нам список книг, которые надо издать. Там вся классика, начиная от Куликова поля и заканчивая Юрием Бондаревым. Эти книги поступили в военные гарнизоны, и сейчас министерство просит нас повторить выпуск 50 томов. А у нас уже идея издать это не только для военных библиотек, потому что, например, роман «Молодая гвардия» А.А. Фадеева, в связи с событиями на Донбассе, снова очень востребован. У нас издаются авторы, которые ездили на Донбасс и уже пишут романы по тем событиям. То есть перечень огромный, но, конечно, преимущественно мы – историческое издательство.
   Если говорить об идеях, то в первую очередь надо проявлять интерес к разным периодам русской истории. Знаете, какой у нас был крен: хорошо показывали Древнюю Русь, ХХ век, а между ними были какие-то провалы русской истории. Нужно раскрывать все периоды.
   Второй тезис: нам нужно делать акцент на ключевых клеветнических темах, которые муссируются и извращают нашу историю. Допустим, Катынь – это острая тема, а также индустриализация, красный террор и годовщина революции. У нас есть целая серия мемуаров «Русская смута», разбирающая события 1917 года. Например, недавно вышла книга В. Шамбарова «Кто заплатил Ленину?» Есть ключевые обсуждаемые темы, как Парвус или та же Матильда Кшесинская, о которой все сейчас говорят, и мы издаём книги о них. То есть мы откликаемся на общественный интерес. В следующем году мы будем издавать много о династии Романовых в связи юбилеями царя и годовщиной расстрела 1918 года. Мы как раз продали шикарный двухтомник П.В. Мультатули «Николай II», сейчас готовим проект по Екатеринбургу с его исследованием, опровергающим возможность физического сохранения царских останков.
   А главная идея, на мой взгляд, в том, что корни нашей национальной идеи – в нашей великой истории, и надо просто-напросто правдиво её показывать.
   – Сталкивались ли Вы с непониманием общества или препятствиями своей деятельности?
   – Конечно! У нас были случаи, когда мы издали книгу В.В. Карпова «Генералиссимус», который очень высоко оценивает роль И.В. Сталина в Великой Отечественной войне, на нас посыпались «либеральные» угрозы и обвинения в возвеличивании Сталина. Мы перевели и издали двухтомник Иоахима Феста «Гитлер. Биография», который признан лучшей книгой о Гитлере в Германии, и где-то на Волге на нас подали в суд, чтобы запретить её продавать на основании того, что мы якобы популяризируем Гитлера. Мы пытались объяснить, что эта биография свободно выходит в современной либеральной Германии, где жёсткие ограничения любой формы пропаганды фашизма. Слава Богу, до суда не дошло, и прокуратура сняла это дело.
   Хотелось ещё добавить о себе лично. Сам я историк. Вот две мои книги: «Последний год Грибоедова» – о том, как он попал в Тегеран и как его убили, – целая эпопея, а вторая – это «Владимир Короленко и революционная смута в России 1917–1921». И я могу сказать: очень важно погрузиться в детали грибоедовской, скажем, драмы, чтобы понять все коллизии, потому что Ю. Тынянов столько наврал в том романе, который все читают, что образ Грибоедова извращён. На этом примере мы берём тему, пытаемся разобраться и уже не можем сказать, что он был карьерист, сам виноват в трагедии и был убит за то, что не понимал персидской культуры. Я разоблачаю это, пишу о заговоре, связанном с английской разведкой, и получается уже совсем другая картина.
   К вопросу о препятствовании. Есть ещё такая беда, как замалчивание. Вот мы издаём «Кто вы, mr. Gorbachev?» В. Шведа, который ещё написал книгу о Катыни. Там полностью разоблачается, как была начала Перестройка, показано влияние Запада на Горбачёва при развале страны. Казалось, что это издание вызовет бурные споры, опровержения, но последовало только молчание. Знаете, есть у них такой интересный принцип – молчать в печати о какой-то книге. Это тоже минус, потому что меньше людей узнаёт и покупает её.
    – А как насчёт цензуры?
   – В советское время я работал в редакции политической литературы и какое-то время курировал серию ЖЗЛ в «Молодой гвардии», и у нас было много случаев, когда к нам были большие претензии. К примеру, мы издали первые книги о масонстве в России – Н.Н. Яковлева «1 августа 1914» и В.И. Старцева «За кулисами лжи», кажется. Нас несколько раз вызывали, говорили: зачем вы поднимаете такую тему? Академик И.И. Минц написал статью «Выдумки о масонстве» и т.д. Были большие проблемы у ленинградского историка Виталия Ивановича Старцева, который эту тему поднял. Но, слава Богу, обошлось. Ещё был сильный скандал, когда мы издали книгу Ф.Г. Углова о пьянстве в России, в которой была информация о том, что именно еврейские питейные заведения спаивали русский народ, подкреплённая данными статистики, сколько представители еврейского народа имели винокурен и заведений. Так нам запретили издавать эту книгу и упоминать о том, что евреи имели питейные заведения, потребовали вырезать эти куски. Нам пришлось снять, но прошло время, и мы восстановили. Была также книга о Ватикане, которую по требованию свыше мы сожгли, потому что в ней автор использует секретную переписку между кардиналами.
   Издательство «Книжный мир» специализируется на юридической, деловой, педагогической и общественно-политической литературе. Особое место в его продукции занимает современная публицистика, посвящённая острым вопросам новейшего времени. Среди постоянных авторов – именитые сотрудники государственных вузов, политики и обозреватели. Генеральный директор Дмитрий Лобанов рассказал о своём видении патриотического книгопечатного дела.
   – Дмитрий Викторович, сколько времени Вы занимаетесь книжным делом?
   – Нам исполнилось 20 лет: мы начали на стыке 1996 и 1997 годов.
   – Сколько раз принимали участие в выставках?
   – Трудно сосчитать, но точно больше 10 раз.
   – Какие идеи Вы считаете главными в миссии патриотического издательства?
   – Скажу сплошную банальщину, но это любовь к своему Отечеству, знание истории Отечества. Воспитание подрастающего поколения – это актуальная задача с учётом того, что молодёжь почти не читает книг.
   – Сталкивались ли Вы с непониманием общества или препятствиями в своей деятельности?
   – Представители правозащитных организаций, которых сейчас уже называют иностранными агентами, в нулевые годы инспирировали несколько проверок изданных нами книг, проведённых Следственным комитетом при Прокуратуре и ФСБ РФ. Были и обыски, и выемки документов, но такое случалось только один раз и касалось не нашего издательства, а издательства «Алгоритм». Надо признать, что следственные мероприятия прошли в максимально корректной форме, абсолютно никаких вопросов к правоохранителям у меня не возникло, то есть люди выполняли то, что им было поручено, в рамках процессуальных норм законодательства РФ. А вот до этого были серьёзные проверки по запросам различных, скажем, НКО, но все их мы прошли успешно, и в отношении издательств никаких мер с запретом продукции принято не было.
   – А как насчёт цензуры?
   – Мы сталкивались с цензурированием в допуске к выставке «Нон-фикшн», то есть нас не допускают к участию. При этом она проходит при поддержке Федерального агентства по печати, то есть там используются бюджетные деньги – деньги налогоплательщиков, а некие либеральные цензоры сидят и выбирают: достоин ли ты быть на нашей площадке или не достоин. Во время «русской весны» на «Медузе» вышла статья с заголовком ниже уровня брезгливости и был дан перечень книг, посвящённых присоединению Крыма, обороне Донбасса от киевских карателей, в том числе и наши. Но мы работаем и будем дальше работать – как Бог даст!
   
   Издательство с броским названием «Чёрная Сотня» первоначально стало известно в Интернете и, показав хороший старт, постепенно расширило сферу деятельности. Качественные издания дореволюционных книг с сохранением дореформенного русского языка сразу заслужили внимание и популярность у людей; они привлекали молодёжь идеями и эстетикой императорской России. На выставке-ярмарке «Чёрная Сотня» сразу оказалась востребованной.
   На вопросы «Русского Вестника» ответил основатель и генеральный директор Дмитрий Бастраков.
   – Дмитрий Николаевич, сколько времени Вы занимаетесь книжным делом?
   – Четыре года.
   – Сколько раз Вы выставлялись?
   – Это первая наша выставка. Вернее, вторая: первая была в Петербурге, но небольшая. Она прошла хорошо, поэтому мы решили поучаствовать в большой выставке. И половина затрат уже окупилась за один день.
   – Какие идеи Вы считаете главными в миссии патриотического издательства?
   – Наша миссия – это восстановление национального наследия, утерянного из-за революции и коммунистического строя. Очень многое подверглось цензуре, и преемственность с нашей тысячелетней историей отчасти разорвана. Наша миссия в том, чтобы восстанавливать эту связь. Мы издаём книги, которые сто лет не издавались, тем самым проводя национальную реабилитацию после всех наших исторических пертурбаций, после всех трагедий кровавого ХХ века.
   Наши акценты – возвращение русской культуры и эстетики. Причём это не только дореволюционный пласт культуры, а в принципе русский. В перспективе мы планируем расширяться и стать больше чем издательством, заниматься и комиксами, и мультфильмами, и даже снять фильм. То есть это актуализация всего русского и работа с современной русской культурой. Допустим, те комиксы, которые издавались в зарубежье белогвардейцами, на отвлечённые темы, не ангажированы, но они показывают, какой могла бы быть русская массовая культура, если бы не ХХ век. Нам нужно наверстать упущенное из-за закрытости стен.
   – Сталкивались ли Вы с непониманием общества, давление или препятствиями в своей деятельности?
   – Конечно, сталкивались, но это преодолевается довольно просто. Были проблемы и с ФСБ, но мы нашли понимание, и сейчас ФСБ и Совет Федерации – постоянные заказчики книги «Кодекс чести русского офицера». То есть были конфликты с государством, потому что они не очень нас разглядели. Были три допроса в Нижнем Новгороде из-за мемуаров ополченца и нашего названия, но всё обошлось: мы доказали, что мы добропорядочные люди, соблюдающие закон, и стараемся мирно сосуществовать.
   Все нападки на нас в обществе были идеологического плана. Мы специально провокационно назвались «Чёрной Сотней» не потому, что мы погромщики, а для того, чтобы нам устроили чёрный пиар всякие, грубо говоря, коммунистические организации. Когда в нашем паблике (публичное сообщество в социальной сети – Прим. ред.) было всего около 200 человек, про нас уже писали гневные посты многотысячные паблики типа «СССР 2.0», так делая нам рекламу. И благодаря им нас находили люди. Условно говоря, на их ненависти мы и произрастаем, то есть весь негатив, который мы встречаем, идёт нам на пользу.
   

Подготовил Филипп ЛЕБЕДЬ


   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION