06.08.2017: Борис ЗЕМЦОВ (Россия), заместитель главного редактора газеты «Русский Вестник»,
русский доброволец, участник обороны высоты Заглавак 12 апреля 1993 г.
БРАТСТВО, СКРЕПЛЕННОЕ КРОВЬЮ

   
   

Вот оно истинное славянское братство!


   
   
   Сегодня о войне в Югославии 1991–1995 гг. политики и журналисты вспоминают нехотя, скороговоркой, пряча глаза. Оно и понятно. Что вспоминать? Как Мировой Порядок, спекулируя на религиозных и национальных противоречиях, уничтожил великую державу южных славян? Как тогдашнее российское ельцинско-демократическое руководство стыдливо не заметило этого международного свинства, а, по сути, просто предало своих братьев, бросив их в беде? Как на югославской территории отрабатывался дьявольский сценарий геноцида и развала страны, который, того гляди, мог быть применен на земле нашего Отечества?
   Не темы, а минное поле. На таком фоне сам факт участия русских добровольцев в боевых действиях на стороне сербов на территории Хорватии и Боснии – тема еще более неудобная, совсем не политкорректная. Получается, отдельные российские граждане, бросив работу и семьи, рискуя собой, помогали братьям-славянам вместо продажных политиков, трусливых дипломатов, лживых журналистов, вместо всего «приболевшего» на тот момент российского государства?
   Как-то неудобно об этом говорить. Только говорить об этом надо! Просто необходимо! И желательно в полный голос. Потому что участие русских добровольцев в югославской войне 1991–1995 гг. – полноценная страница нашей, российской истории. Здесь и образец ратной доблести соотечественников, и достойный пример для воспитания новых поколений в духе патриотизма. Ну а самое важное в той эпопее было то, что мы – русские добровольцы, в очередной раз доказали, что Славянское Братство не простой звук, а реальное, прошедшее века и скрепленное кровью явление.
   Со времени югославской войны 1991–1995 гг. прошло более двадцати лет. Срок более чем серьезный. Соответственно, пора окончательно расставить акценты, сформулировать выводы, подвести итоги.
   Для русских добровольцев, прошедших югославские фронты 1991–1995 годов, эти итоги делятся на два вида: итоги личные и итоги общественно-государственные.
   В плане «личного» все предельно ясно. Формулировки те же, что были двадцать лет назад: выдюжили, получилось, смогли! И не просто «смогли», а смогли на «пять с плюсом».
   Русские добровольцы выполнили гражданский и патриотический долг, проверили себя, внесли личный вклад в борьбу с мировым злом, в противостояние мировому правительству. Среди них не было предателей, сдавшихся в плен, перешедших на сторону неприятеля. А вот героев было немало – добровольцы, оборонявшие 12 апреля высоту Заглавак, – только немногие из них. Впрочем, любой из тех, кто решился тогда бросить все и уехать «за тридевять земель» помогать братьям-сербам, по сути своей уже был героем.
   Что же касается итогов общественно-государственных, то здесь сложнее.
   Русские добровольцы, ехавшие воевать в Боснию и Хорватию в 1991–1995 годах, четко осознавали, что едут они не за «длинным долларом наемника», не за орденами, не ради карьерного роста, а исключительно по зову сердца, из патриотических побуждений. В полном соответствии со всеми тогдашними политическими реалиями любой доброволец понимал без иллюзий, что для государственных структур – он вне закона. Случится что – надеяться не на кого: отфутболят все просьбы посольства и консульства, отмолчится МИД. Некому будет хлопотать об отправке «груза двести», никто не будет выкупать из плена. В официальной прессе наших добровольцев сразу стали ставить на одну доску с «дикими гусями», с солдатами-наемниками.
   Неуютные перспективы, незаслуженный статус.
   Время подтвердило этот суровый расклад.
   
   

Могилы русских добровольцев на кладбище города Вышеграда (Республика Сербская)
   


   Хуже всех пришлось тем, кто вернулся на Родину из Боснии и Хорватии после ранений и тяжелых контузий: ни лечения, ни пособий. Понятно, в приеме в военные госпитали героям югославских фронтов 1991–1995 годов отказывали («Вы же гражданские лица…»). Естественно, не жаловали их в обычных больницах («Да у вас полевое ранение, вам могут помочь только особые специалисты…)
   Бывало, что возникали у бывших добровольцев проблемы и с «компетентными органами» («Что вы там делали? Кто вас туда посылал? Кто был рядом с вами?»). Многие русские, воевавшие в Боснии и Хорватии, и эту чашу испили до дна.
   Правда, все это было давно. В минувшем столетии. В былую политическую эпоху. Сегодня в стране, кажется, дуют совсем другие ветры. Ветры-то другие, а отношение к русским добровольцам, воевавшим на югославской земле, остается прежним. Государство их не замечает (разумеется, прочих проблем хватает).
   Общество их боится (вдруг, со своим максимализмом и боевым опытом, попытаются включиться в политические процессы или засвидетельствуют свою позицию в отношении, например, сексуальных меньшинств, требующих прав и свобод?).
   Разумеется, мало кому из них оказывается полноценная медицинская помощь после ранений и контузий, полученных в Боснии и Хорватии. Никаких пособий, никаких пенсий от любезного Отечества. Да и «Спасибо!», сказанного с государственного уровня за умножение национальной ратной доблести, за отстаивание национальных интересов, никто из них до сего дня не слышал. Насколько здорово общество, что боится тех, кто является фактически его лучшей частью, кто воплощает в себе мужество и патриотизм? Какое будущее у государства, что не замечает своих потенциальных защитников и союзников?
   Вопросы, увы, риторические.
   Что касается орденов и прочих наград, ситуация за все прошедшие 22 года не изменилась. Как-то не спешит руководство Республики Сербской признавать заслуги русских добровольцев, защищавших высоту Заглавок 12 апреля 1993 года. Правда, день этот считается в этом государстве праздником – Днем Добровольца. И на том спасибо!
   Спустя более 20 лет довелось снова побывать на кладбище в Вышеграде. Сейчас это воинское кладбище, отведенное для захоронения всех павших на сербских фронтах 1993–1995 годов. Ровные ряды лаконичных черно-белых очень красивых памятников. В центре – монументы, на которых хорошо знакомые лица. Лица моих однополчан. Это могилы русских добровольцев, погибших 12 апреля 1993 года.
   Володя Сафонов, Дима Попов, Константин Богословский…
   Здесь всегда идеальный порядок, всегда живые цветы. Спасибо президенту Республики Сербской Милораду Додику, энтузиастам из Правительства Республики Сербской, спасибо активистам ветеранской организации «Завет», спасибо сербским патриотам. Лозунг «Никто не забыт, ничто не забыто» и понятие «благодарность русским братьям» для них не дежурные фразы, а руководство к действию, конкретные хлопоты и сердечная забота.
   А еще совсем недавно (спасибо российскому предпринимателю Илье Юрову) на этом же кладбище поднялся красавец-обелиск, посвященный всем русским добровольцам, павшим в той войне на территории Боснии.
   И у его подножия всегда живые цветы!
   Между тем, только по приблизительным оценкам специалистов, через югославские фронты 1991–1995 годов прошли несколько тысяч наших соотечественников. Сегодня большинству из них нет и пятидесяти. Вполне социально активный возраст. Досадно, что такой потенциал остается невостребованным. Неужели подобный порядок вещей окончателен?
   



  Copyright ©2001 "Русский Вестник"
E-mail: rusvest@rv.ru   
Error: Cache dir: Permission denied!

Rambler's Top100 TopList Rambler's Top100
Посадка и уход за садом и огородом

технический дизайн ALBION